Бич современного общества

Как наркотики разрушают жизни

В  одном из  прошлых выпусков мы  затрагивали тему наркотиков. В  этом  — хотим остановиться на  некоторых аспектах этого явления поподробнее. А  именно: как граждан вовлекают в  опасный бизнес, как они в  нем работают, и  как все это отражается на  обществе.

ВАЖНО! В  материале будут встречаться названия запрещенных веществ. С  самими веществами и  их  распространителями мы  встречаться настоятельно не  рекомендуем. Наркотики  — зло!

Мы  уже говорили, что многие болезни (а  наркомания в  понятиях современной медицины считается тяжелым хроническим заболеванием  — прим. автора) помолодели. В  отношении этого недуга можно сказать, что помолодели и  преступления, с  ним связанные.

Наркозависимость и  прежде была уделом не  столь возрастных граждан, но, если верить актуальным данным из  открытых источников, профильные организации сообщают о  выявлении случаев зависимости у  детей 9-13  лет, а  в  особо бросающихся в  глаза случаях, в  6-7  лет. Они единичные, от  того и  более заметные.

Правоохранители могут дополнить статистику. Если раньше самый юный возраст распространителя «запрещенки», в  основном находился на  уровне старшего подросткового возраста (от  15  до  18  лет) , то  теперь все чаще попадаются представители среднего (до  15  лет). Точной статистики в  открытых источниках нет из-за особенностей нашей судебной системы.

Можно сказать одно  — наркотики были, есть  и, скорее всего, останутся трамплином в  преступную жизнь. Они выступают одним из  главных провоцирующих факторов для противоправных деяний. Если вспомнить эпоху 1990-2000-х годов, на  ум  сразу приходят печального вида граждане, промышлявшие в  подавляющем большинстве мелкими кражами, как правило, из  собственного дома.

Или, если все-таки быть ближе к  Уголовному кодексу , из  жилищ ближайших друзей. Сдача в  ломбард своего имущества как-то не  очень тянет на  кражу. Самые отчаянные и  отчаявшиеся таки скатывались в  насильственную преступность  — грабежи и  разбой. Теперь наркопотребителю почти не  нужно подобным образом взаимодействовать с  ближними. Он  может запросто устроиться на  работу и  получать зарплату товаром. Таким образом статья 228.1 за  сбыт наркотиков превратилась в  «народную».

Также можно рассмотреть и  то, что служит трамплином для прыжка в  наркотическую пучину. За  небольшим исключением им  выступают другие психоактивные вещества, которые торгуются в  легальном поле. Да, мы  говорим об  алкоголе и  сигаретах. Они первыми вступают в  качестве слома психологических барьеров перед запретным. А  уже после в  дело вступают «легкие» наркотики, например, марихуана.

По  данным Управления ООН по  наркотикам и  преступности, специфические сорта конопли остаются самыми потребляемыми запрещенными веществами на  планете  — «каннабис употребляют сотни миллионов людей по  всему миру».

И  отдельно оговорим один момент. По  нашему скромному мнению, наибольшую опасность для потенциального  — или фактического  — потребителя представляет убежденность, что он  может «завязать» в  любой момент. Исследования ученых и  опыт самих наркопотребителей показывает, что бросить не  то  что в  любой момент своими силами, а  с  помощью и  после падения на  социальное дно, еще ни  у  одного человека по-настоящему не  получилось.

В  самом лучшем случае одна зависимость заменяется другой. Если для кого-то секрет, то  в  обществе есть порицаемые аддикции вроде табакокурения, алкоголизма, той  же наркомании, а  есть одобряемые и  даже поощряемые  — фанатичные занятия спортом, трудоголизм и  так далее. Вот и  здесь такой  же случай. Пристрастие, например, к  героину вполне может замениться на  работу стахановскими темпами или на  ЗОЖ, возведенный в  абсолют.

Приходят в  преступный бизнес по  разным причинам и  благодаря разным обстоятельствам. Но  все они вращаются вокруг денег и  материального благосостояния, а  точнее его отсутствия. Хотя тоже не  всегда. Все-таки портрет среднестатистического наркомана тоже поменялся. Раньше это были граждане, производящие, мягко говоря, весьма удручающее впечатление. Выглядели они так не  в  последнюю очередь благодаря кустарно производящимся заменителям героина.

Самый печально известный из  них  — «крокодил» , он  же дезоморфин. Изначально сильнодействующее обезболивающее на  основе кодеина. Изготавливаемый в  домашних, не  всегда стерильных условиях, с  примесями бензина и  растворителя способствовал непродолжительной, в  лучшем случае год-два, жизни потребителя и  удобству профилактики.

Буквально разваливающегося на  куски наркомана, изъятого по  случаю из  подвала, весьма было сподручно выставлять в  качестве образца не  подражания. Другое дело с  наркоманами современными. В  подавляющем большинстве случаев популярные ныне вещества, во-первых, гораздо более доступные, если сравнивать со  старшими братьями из  прошлых времен, и  не  побуждают потребителей тащить из  дома нажитое непосильным трудом.

Во-вторых, опять  же сами наркотики поменялись, их  действие стало менее пролонгированным. И  человек, относительно без последствий может пойти на  работу  и, в  целом, особенно на  начальных этапах употребления, не  терять производительность труда и  навыков социального взаимодействия.

Если в  организации нет регулярных специфических проверок, то  наркозависимого вычислить становится крайне трудно. И  раз уж  мы  заговорили о  молодежи, то  в  подростковой среде установить потребителя можно лишь обращая внимание на  специфические признаки. И  снова  — проявляются они во  всем их  многообразии на  поздних этапах зависимости.

Поменялись не  только потребители, но  и  производители и  распространители. Точнее схемы, по  которым они работают. Первое, оно  же главное, переформатировался формат производства. На  протяжении последних лет десяти все реже попадаются новости о  задержании крупной партии «запрещенки», а  все чаще новости о  закрытии очередной нарколаборатории. Теперь все современные наркотики производятся либо в  населенном пункте его распространения, либо в  соседнем.

И, как  бы ни  выглядела забавно эта параллель, наркошопы стали все более походить на  маркетплейсы. Вплоть до  того, что покупатель может вступить в  спор с  продавцом, и  потребовать возмещения материального ущерба в  случае, если он  не  нашел наркотик по  указанным координатам.

Вы  не  поверите, но  и  деньги ему могут вернуть или предложить пройтись до  другого тайника. В  общем, полный сервис, все как положено. Да, цифровизация в  России не  только упростила жизнь рядовых граждан, но  и  усложнила работу правоохранительных органов.

Незаконная индустрия может предложить заработок в  ассортименте. Как говорят данные из  открытых источников, найти свое место в  сфере незаконного оборота наркотиков можно почти в  любом возрасте и  при наличии почти любой биографии. Как вы  понимаете, проблемы с  законом работника для такого работодателя  — не  проблема.

Самое уязвимое звено криминальной цепи  — закладчик   — может получать в  месяц до  150 тысяч рублей. Правда, чтобы заработать такую сумму, нужно очень сильно постараться. Потому что, хоть и  правоохранителям стало труднее добираться до  более высокостоящих участников криминального социума, низовые элементы все так  же стабильно попадаются в  руки полиции.

И  средний трудовой стаж среднестатистического кладмена укладывается в  две-три недели. Да  и  потом, чтобы в  конце месяца получить полторы сотни тысяч, нужно работать в  несколько рук.

Вместе с  прочим все чаще в  материалах уголовных дел можно встретить уточнение к  основной статье «в  составе организованной группы» или «группой лиц по  предварительному сговору». В  большинстве случаев в  качестве группы выступают «неустановленные следствием лица», но  в  некоторых вполне себе установленные. Пусть это явление и  не  массовое, но  устоявшееся в  обществе.

Правоохранительные органы не  выделяют в  статистике семейные и  прочие пары. Но  даже на  нашей памяти в  качестве подсудимых на  соответствующей скамье успело посидеть несколько семей. Чуть больше тех, кто работал вместе с  друзьями.

Если говорить про людей семейных, то  по  нашим наблюдениям их  преступный бизнес вращается в  категории мелкой розницы. Но  по  информации правоохранителей из  других регионов, ячейки общества, бывает, работают и  в  крупном опте. Например, чета приобретает уютный домик за  городом вдали от  шума и  суеты. И  вместо разведения на  приусадебном участке овощных и  плодовых культур, занимается подпольным  — буквально  — выращиванием конопли.

Или, как это сейчас принято, сооружают в  доме лабораторию. Никому не  советуем повторять, но  как говорят профессионалы, большого ума для производства того  же самого мефедрона не  нужно. Достаточно следовать инструкции. Надо  ли говорить, что популярная и  массовая культура подарила нам немало произведений о  жизни и  противозаконном труде всех участников отрасли.